Пятница, 03 Февраль 2017 12:07

Мир Чарльза Диккенаса. К 205-летию со дня рождения писателя

Автор  Знайка
Оцените материал
(3 голосов)

   Чарльз Диккенс родился 7 февраля 1812 года в мелкобуржуазной семье в небольшом домике на одной из расположенных террасами улиц Портсмута — этого оживленного портового города почти в центре южного побережья Англии. Умер он 9 июня 1870 года, возле знаменитого своим собором города Рочестера в графстве Кент, приблизительно в тридцати милях юго-восточнее Лондона, в небольшом загородном доме Гэдсхилл-Плейс, который, подобно владениям многих людей с хорошим доходом, подвергся значительным и дорогостоящим перестройкам.
  Диккенс был критиком общества и активно занимался благотворительностью, отдавал много сил издательскому делу и журналистике, был прекрасным оратором, даровитым актером, наблюдательным путешественником и любителем длинных прогулок — поначалу дневных, в шумной компании друзей, а с годами все чаще ночных, в одиночку; он был сведущим дилетантом-юристом и чуть менее сведущим дилетантом-фокусником, был гипнотизером, страстным организатором праздничных увеселений и неуемным их участником всякий раз, когда в доме собирались гости — детвора или старые приятели,— в особенности на рождество и, уж конечно, на святки. Его доброму отношению к людям — чужим и близким — отчасти мешали проявления присущей ему неуживчивости, желания во что бы то ни стало настоять на своем.

  Но для большей части современников как на родине, так и за границей Диккенс олицетворял семейное счастье. Многие обстоятельства, омрачающие для нас эту идиллическую картину, вообще не были известны при жизни писателя и стали достоянием гласности лишь более чем через полвека после его смерти. Но даже в его время этот образ заметно, хоть и не полностью, потускнел в глазах иных его друзей и читателей из-за его разъезда с женой в 1858 году, на двадцать третьем году брака. Странное противоречие между бедностью и невзгодами последних лет его детства и блестящим успехом, достигнутым, по общему мнению, во взрослой жизни, выявилось для публики лишь после его смерти благодаря его другу, которому он когда-то поведал свою историю. Его влюбчивость и жестокие неудачи с женщинами, разумеется, получили огласку лишь спустя много лет после его смерти; и все же они, наверно, никогда не будут известны нам настолько, чтобы положить конец романтическим измышлениям. Он был хорошим сыном, весьма скептически воспринимавшим своих никчемных родителей, и хорошим, любящим отцом, зачастую строго критиковавшим своих детей, недовольство которыми все росло, по мере того как они становились старше. Кроме того, хотя в душе и в делах своих он был настоящим христианином, его разновидность христианства была и остается неприемлемой для многих представителей церкви.

dikkens   В Общественной Жизни (эти слова применительно к Диккенсу можно писать лишь с большой буквы, столь много он брал на себя и столь велика была заслуженная им известность), а также и в частной жизни он принимался за все с невиданной энергией, что и состарило его раньше срока. От природы он был способен к бурной радости и затяжным приступам меланхолии, переходившей часто в тяжелую депрессию. И труду и игре он предавался с большим пылом, чем позволяло его здоровье.
   Подобная жизнь, неизбежно исполненная противоречий и странностей, делала Диккенса очень своеобразным человеком. Впрочем, существовало и существует великое множество весьма преуспевших в жизни людей со своими скрытыми семейными неурядицами, неуравновешенным характером, невероятной энергией и сложными, полными противоречий взглядами на жизнь. Диккенса от них отличает его писательский талант и преданность своему искусству, не ослабевавшая до самой его кончины. Его частная и общественная жизнь интересна тем, что она питает собой его великие романы, а его взгляды — тем, что проясняют их смысл или же входят с ними в противоречие.
   Мы унаследовали этот мир, порожденный воображением Чарльза Диккенса. Его романы были великими образцами искусства, одновременно высокого и развлекательного: Диккенс не разделял между собой эти два понятия, и нам нет нужды поступать иначе. В каждом его романе возникает свой особенный мир, и судить о нем, разумеется, надо по-особому. И все же, пусть спорят с нами критики-педанты, книги эти, как бы своеобразна ни была каждая из них, где-то сливаются вместе и образуют, подобно произведениям других великих художников, единый завершенный мир — Мир Чарльза Диккенса.

Семья
  Отец Чарльза Джон Диккенс служил чиновником в финансовом управлении морского ведомства. Когда у него родился сын, ему было 26 лет.
  Женился он в 1809 году на восемнадцатилетней Элизабет Бэрроу, дочери Чарльза Бэрроу, который занимал в том же ведомстве должность главного кассира, связанную с большой материальной ответственностью. Существует подробная родословная семейства Диккенсов и семейства Бэрроу, но это лишь одни имена, и мы не можем почерпнуть из них никакого представления о предках писа¬теля. Чарльз Диккенс был бы, наверное, только рад этому. И хотя в зрелом возрасте он жестоко высмеивал грубые претензии людей вроде мистера Баундерби из «Тяжелых времен», которые самостоя¬тельно пробились в жизни, сам он являл собой блестящий, словно бы предназначенный для романа пример преуспевшего викторианца и прежде всего торжества викторианской заповеди: «Полагайся сам на себя».
   Так или иначе, но детство Диккенса прошло в бедности. Дело в том, что в возрасте 10 лет отца будущего писателя за долги посадили в тюрьму, и с этого момента маленькому Чарльзу пришлось самостоятельно зарабатывать себе на жизнь. Отроческие и юные годы писателя были полны лишений и унижений, от природы одаренному и чувствительному мальчику слишком довелось узнать всю изнаночную сторону жизни. Диккенс был не понаслышке знаком с работными домами, тайными притонами, трущобами, нищим бытом бедняков. Все пережитое он впоследствии необычайно живо и реалистично изобразит на страницах своих книг, в частности – в романе «Оливер Твист». Даже впоследствии, став известным писателем, он никогда уже не смог избавиться от призраков прошлого.

roditeli dikkensa
   У обоих родителей были свои семейные тайны, хотя и совсем разного свойства. Прежде всего, на Оксфорд-стрит в Лондоне жила на покое бабушка Диккенса, почтенная особа, скопившая про черный день приличное состояние. Но хотя она была действительно очень почтенной особой, в прошлом она состояла в прислугах. Правда, она служила в домах высшей аристократии — сначала горничной в лондонском доме маркиза Блэндфорда, а потом, перед тем как ей уйти наконец на покой, экономкой у славного маркиза Кру. И дедушка Диккенса, умерший задолго до его рождения, тоже служил в доме Кру — дворецким. Таким образом, отцу будущего писателя всегда было крайне неловко, что родители у него из прислуги, да и место в финансовом управлении ему досталось, благодаря ходатайству хозяев – семейству Кру.
  А вот отец матери – Чарльз Бэрроу, почтенный и величественный кассир, быстро сделавший карьеру, как в последствие оказалось, в течение 9 лет подделывал свои отчеты. За этот период он присвоил себе около 6 тысяч фунтов и сбежал за границу. Несмотря на это, имя писателю было дано именно в честь заблудшего дедушки, который, кстати, скончался на острове Мэн в то время, когда его внуку едва исполнилось четырнадцать.
  До 10 лет Диккенс вместе с семьей жил в Чэтэме, куда переехал из Лондона, будучи совсем крохой. Именно здесь юный писатель пристрастился к искусству театра и с большим удовольствием посещал спектакли. Они многое, «запоем», читал. Больше всего мальчика привлекали английские сказки. Затем они уступил место «великим образцам плутовского романа» 18 века; это были «Родрик Рэндом», «Перегрин Пикль», «Хамфри Клинкер» и мн. др. Позже это литературное наследие отразиться в ранних работах Чарльза Диккенса.
  По-настоящему тяжкая жизнь, как уже упоминалось выше, ожидала будущего описателя при вторичном возвращении в Лондон. Район, где поселилась семья Диккенсов, Чарльз блестяще потом опишет в романе «Домби и сын».
  Несмотря на бедственное положение семьи, старшая дочь Диккенсов – Фанни была принята в Королевскую академию музыки за непревзойденный артистичный талант. Вместе с братом они распевали дуэты, имевшие большой успех у соседей. Однако комические куплеты Чарльза порой затмевали выступления сестры.

fabrika vaksi
 Фабрика ваксы Уоррена, где работал юный Ч. Диккенс

   Но в обычной жизни будущему романисту приходилось нелегко – он работал на фабрике ваксы, но, несмотря на это посещал школу и учился. Огромную роль в жизни писателя сыграло самообразование. Диккенс был первоклассным стенографом, владел французским, прилично знал итальянский. Уже в 15 лет он поступил младшим клерком в контору «Эллис и Блэкмор». Причем на этот путь сына активно наставляла мать. К тому времени в семье Диккенсов было уже 8 детей, Чарльз был вторым по старшинству
  Позже началась карьера юноши как репортера, определившая путь к писательскому успеху.


Литературный дебют Чарльза Диккенса
   Исключительно высоко ценя Диккенса, русский писатель Федор Михайлович Достоевский назвал его непревзойденным мастером «искусства изображения современной, текущей действительности». Диккенс изучил ее за годы репортерской службы, которая предшествовала литературному дебюту — роману «Посмертные записки Пиквикского клуба» (1837).pikvik
  Эта книга, представляющая собой цикл жанровых зарисовок, раскрыла дарование Диккенса как создателя гротескных характеров, выражающих самые укорененные особенности англичан как нации и передающих, по замечанию английского писателя Гилберта Кита Честертона, «вечную радость народной веры... то главное в нас, что не зависит от поверхностной разницы между людьми».
   К моменту её создания, будучи уже прославленным репортером, Диккенс уже более 2 года и больше печатал свои литературные очерки, сперва анонимно, потом под псевдонимом, который в скором времени прогремел на весь мир.
Имя Диккенса в мировой литературе
  Диккенс считается одним из столпов реализма – одного из самых популярных течений в европейской литературе XIX века. Романы Чарлза Диккенса представляют собой панораму английской жизни эпохи викторианства, уникальную по богатству наблюдений и разнообразию запечатленных человеческих типов. «Приключения Оливера Твиста» (1838), «Лавка древностей» (1841), «Домби и сын» (1848) создали исчерпывающе полный портрет общества, обнажив его пороки и изъяны. В конечном счете несовершенство общества становится ясно и персонажам, находящим свой идеал в уюте дома, прочности семейных традиций, христианском милосердии к близким и чужим.
   Цикл «рождественских повестей», созданных в 1843-1848 годах («Колокола», «Сверчок за очагом» и др.), наиболее последовательно воплотил приверженность Диккенса незыблемым ценностям частной жизни — в противовес иллюзорным или эфемерным обретениям, которые приносит погоня за богатством и престижем.
Великий юморист
main   Честертон говорил, что искусство Диккенса «как жизнь, потому что, как и жизнь, оно безответственно и невероятно». Выразившееся в книгах Диккенса восприятие мира не признает безнадежности и отчаяния, хотя нередко описаны жестокие и даже катастрофические ситуации. Однако самые тягостные обстоятельства неспособны подорвать веру героев Диккенса в конечное торжество добра или воздаяние за гробом, если недостижима земная справедливость. Юмор, побуждающий не только создавать фарсовые сюжетные положения, в которых всего отчетливее проступает истинная человеческая природа персонажей, но и распознать чудесное под уродливым внешним обликом вещей, заставляя ужас и отвращение отступать перед радостью, — важнейший писательский принцип Диккенса, органично выразивший главные свойства его личности и таланта.
Мнимая простота писателя
  Обычные для Чарлза Диккенса фигуры переродившихся грешников, счастливые развязки конфликтов и обилие морализаторских сентенций, напоминающих воскресную проповедь, создали обманчивое представление о простоте и предугадываемости его книг. Однако на самом деле романы Диккенса никогда не становились идиллиями. В них затронуты острые социальные и этические коллизии, а отношение писателя к окружающей жизни со временем принимало нескрываемо критический характер, делая достаточно мрачным его взгляд на будущее.
   Реальность начинала восприниматься им как сила, откровенно враждебная гуманным побуждениям, которые вдохновляют любимых героев Диккенса. Репутация жизнелюбивого художника, наделенного редкостным комедийным даром, не соответствует содержанию таких романов, как «Холодный дом» (1853) и «Большие надежды» (1861), где писатель касается мучительных для него явлений деградации личности, погубленной ложными идеалами.

Узнать больше о жизни и творчестве писателя вы сможете в городских библиотеках Пензы.

Интересно почитать:
1. Диккенс. / М. Чертанов. - (Жизнь замечательных людей. Серия биографий) – М.: «Молодая гвардия». 2015
2. Уилсон Энгус. Мир Чарльза Диккенса.- М.: Прогресс, 1975. 318 с.
3. Диккенс, Чарлз. Холодный дом : роман / Ч. Диккенс ; пер.с англ. М.И. Клягиной-Кондратьевой .— М. : Эксмо, 2011 .— 992 с.

4. Диккенс, Чарлз. Приключения Оливера Твиста : роман / Ч. Диккенс ; пер. с англ. — М. : Худож. лит., 1980 .— 366 с.

5. Диккенс, Чарлз. Торговый дом Домби и сын. Торговля оптом, в розницу и на экспорт : роман в 2-х кн. / Ч. Диккенс ; пер. с англ. А. Кривцовой .— М. : Худож. лит., 1989
6. Диккенс, Чарлз. Большие надежды : роман / Ч. Диккенс ; пер. с англ. М. Лорие .— М. : Моск. рабочий, 1987 .— 480 с.

Источник фото: Neformat.com.ua, http://domgogolya.ru/.

Прочитано 447 раз

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить