Четверг, 12 Март 2015 16:32

Книги, дарящие свет. 14 марта отмечается День православной книги

Автор  Мыслитель
Оцените материал
(1 Голосовать)
   «Несвятые святые» и другие рассказы — книга архимандрита Русской православной церкви Тихона (Шевкунова). Издана в 2011 году. Книга вызвала большой интерес у читающей публики. Так, к октябрю 2012 года суммарный тираж книги составил один миллион сто тысяч экземпляров.
    В книгу вошли короткие рассказы из жизни автора. Многие из них связаны с Псково-Печерским монастырём, где автор начинал монашескую жизнь. Как рассказал сам архимандрит Тихон: «Практически все истории, которые вошли в книгу, я рассказывал на проповедях. Всё это — часть нашей церковной жизни. Проповедь… ведь и строится на осмыслении Священного Писания, на толковании церковных событий святыми отцами и на примерах из жизни. Студентам по пастырскому богословию рассказывал эти истории. Рассказывал братии, друзьям. И многие мне настоятельно советовали, а потом и требовали, чтобы истории эти были записаны». 
   Смысл названия книги «Несвятые святые» архимандрит Тихон поясняет в одноимённом рассказе: в конце Божественной литургии священник возглашает: «Святая святым», обращаясь к тем, кто сейчас находится в храме: священникам и мирянам, всем, кто пришёл с верой и ждёт причащения.
5 октября 2012 года в Библиотеке Конгресса в Вашингтоне архимандрит Тихон представил английский перевод своей книги. В марте появился французский перевод. 
Книга в 2013 году была переведена также на польский язык и выпущена тиражом 2000 экземпляров, но этого оказалось мало.
    Книга также переведена на греческий и французский языки и осуществляется перевод на немецкий, румынский, польский, болгарский, испанский, китайский и сербский языки.
Известно, что автор намерен вложить все средства, вырученные от продажи книги, в строительство храма во имя новомучеников и исповедников Российских на крови.
Для тех, кто еще не знаком с этой книгой, отмечу – подлинные истории повествования автора не оставят вас равнодушными. При всей художественности статей, что вошли в издание, невозможно не отметить философской квинтэссенции рассказов. В миру люди часто не задумываются о знаках и предзнаменованиях, что посылаются им свыше, о грядущих испытаниях, искуплениях и уроках. Но не ждите от архимандрита Тихона назиданий, ждите от него правды. На страницах его книги вы столкнетесь с жизнью. С ситуациями, с которыми не раз сталкивались лично, не задумываясь об их значении. 
   Вот один из небольших рассказов сборника.
 
Черный пудель
 
    Казалось бы, что интересного и важного может произойти на освящении квартиры или дома? Но и во время такой скромной службы люди пусть ненадолго, но все же предстоят пред Господом Богом. А этого достаточно, чтобы для тех, кто пока еще далек от Церкви, порой вдруг открылись совершенно поразительные, неизведанные горизонты.
    В жизни каждого человека — однажды, а может быть, и несколько раз, — но непременно произойдут события, которые, как ни старайся, с рациональной точки зрения истолковать невозможно. Впрочем, если уж очень хочется себя пообманывать, то можно счесть подобные случаи невероятными совпадениями или даже болезненной фантазией. Правда, если у такой невообразимой истории были и другие свидетели, дело осложняется. Но и тут есть шанс представить все случившееся, скажем, как коллективную выдумку, химеру.
   Но как бы мы ни старались объяснить, забыть, а еще лучше — высмеять этот наш личный загадочный духовный опыт, мы никогда не сможем до конца освободить свою память от властно ворвавшейся в наше обыденное существование иной реальности.
А дальнейшее — задумаемся ли мы над случившимся или предпочтем сделать вид, что ничего не произошло, — это уже в нашей власти. Только вот душа человеческая, уже после нашей смерти, расставшись с телом и представ перед новым миром, не сможет упрекнуть никого в своей неосведомленности. Не сможет надуться как школьник: «Это мы не проходили! Это нам не задавали!» И проходили, и задавали. И все что надо, каждо-му по-своему, разъясняли.
   Впрочем, при всей своей значимости, такого рода события порой бывают весьма ироничными и даже забавными.
В девяностые годы все кому не лень насмешничали над нецерковными людьми, которые с серьезным видом выстаивали службы в православных храмах. Они прилежно, но неуклюже крестились, невпопад кланялись и явно мало что понимали в происходящем.
   Еще любили хорошенько высмеять тех, кто приглашал батюшек освящать дома и квартиры, «Мода!» — злословили в их адрес юмористы.
   А мне, признаться, всегда отрадно было видеть этих «подсвечников», как саркастически честили их остряки. Радостно за них становилось потому, что они пусть и неловко, но представали пред Господом Богом в усердии и смирении. А такое бесследно никогда не проходит: даже самые неискусные богомольцы обязательно получат от Бога особые ду-ховные дары, совершат лично им предназначенные открытия, которых хохмачам-насмешникам и во сне не увидеть.
   Был у меня добрый знакомый, Олег Александрович Никитин, заслуженный ученый- энергетик еще времен Советского Союза. В девяностые годы он руководил крупным предприятием по эксплуатации и ремонту линий электропередач, раскинувшихся от Дальнего Востока до Калининграда. Олег Александрович и его коллеги были людьми чрезвычайно интересными, но в церковной жизни, мягко говоря, разбирались мало. Такие классические советские ученые и директора-производственники старой закалки. Но в храм они все же стали наведываться время от времени.
На службах эти товарищи стояли — столбы столбами. Точно как пресловутые «подсвечники». Пыхтели, обливались потом, но и не сдавались, хотя выдержать полтора часа богослужения было для них истинным подвигом.
   Как-то Олег Александрович объявил своим друзьям и знакомым, что приглашает всех на новоселье, — небольшая дача в Калужской области, которую он строил много лет, готова к приему гостей. Меня он попросил еще и освятить новое жилище. После освящения предполагалось дружеское застолье. Я привез в подарок семье Никитиных старинный самовар и деревенского варенья к чаю.
   Надо сказать, что в головах большинства наших соотечественников царил тогда полный религиозный сумбур. От самого кондового атеизма вплоть до веры в газетные гороскопы и в инопланетян. Дочь Олега Александровича, Елена, очень красивая, образованная девушка, даже всерьез увлекалась прикладной магией. В этом не было ничего удивительного после десятилетий государственного атеизма. (Хотя и до революции у нас в России подобных вещей, признаться, хватало с избытком.)
    Когда я приехал на дачу к Олегу Александровичу, первым, кто меня встретил, оказался карликовый черный пудель. Я очень люблю собак, но тут мне попалось на удивление злобное существо. Захлебываясь неистовым лаем, пудель бросился на меня, попытался укусить за ногу и слегка ободрал подрясник, так что пришлось даже хорошенько отпихнуть его ботинком. Хозяева были весьма удивлены поведением своего песика, и дочь Олега Александровича поспешила подхватить его на руки.
   Я опасливо покосился на вырывающуюся из рук Елены, клацающую зубами в мою сторону собачонку. И сразу предупредил, что, когда мы будем освящать дом, пса в помещении быть не должно. И не только потому, что этот карликовый цербер мне сразу как-то не понравился. Просто есть такое церковное правило, о чем я и сообщил хозяевам.
- Очень странное правило, — обиженно сказала Елена.
Истеричный пудель был ее любимцем.
- Собака считается нечистым животным, — хмуро разъяснил я.
Елена возмутилась еще больше.
—А кошки? Кошки тоже нечистые животные?
- Нет. Только собаки. Собаки и свиньи.
Это я, конечно, в сердцах добавил. Свиньи были нечистыми тварями давным-давно, еще во времена Ветхого Завета, а теперь православные с большим удовольствием ими питаются. Но уж больно меня разозлил этот избалованный пудель.
- Свиньи?! — воскликнула Елена. — Да как вы можете сравнивать!
Ее поддержала супруга Олега Александровича:
—Что же, теперь после вашего освящения и собаку в доме нельзя будет держать? — поинтересовалась она.
—Да нет же! Но есть причины, по которым в Церкви собака считается нечистым животным. 11е мы эти правила устанавливали и не нам их отменять. Это совсем не означает, что вашего пуделя надо выгонять из дома. Но, во всяком случае, свя-щеннодействия при нем совершать не положено. Так что на время освящения его надо будет куда-нибудь покрепче запереть.
- Но все-таки можно хоть как-то объяснить, отчего именно собака у вас в Церкви нечистая? — не унималась Елена. — Что за дискриминация? В других эзотерических учениях такого нет. Это просто случайные и надуманные измышления.
- Ничего случайного не бывает, — ответил я. — А что касается эзотерических учений... Вы не задумывались, Елена, почему, например, при ваших особых увлечениях мистикой, у вас в доме живет именно черный пудель?
- И что же здесь странного?
- А хотя бы то, что как раз в виде черного пуделя Мефистофель явился Фаусту.
- Кто, простите, явился? Мефистофель?
Именно он. Тот самый бес из трагедии Гёте «Фауст». Гёте переложил одну древнюю западную легенду. Когда Фауст решил заключить сделку с дьяволом, Мефистофель заявился к нему в гости именно в образе черного пуделя.
- И вы всерьез говорите о Мефистофеле? В наше время?
—Для тех, кто опрометчиво увлекся игрой в дурную мистику, Мефистофель будет актуален и в наше, и в любое другое время. На самом деле это очень опасные забавы. Тех, кто легкомысленно доверяется ему, Мефистофель жестко берет на крючок. Так что совсем недаром у вас в доме поселился черный пудель.
- Он не поселился. Я сама его купила в элитном московском клубе.
- Конечно. Но купили не болонку, не той-терьера, не белого пуделька, а именно черного!
Гости собрались вокруг и с нескрываемым интересом вслушивались в нашу дискуссию.
Елена рассмеялась.
- Батюшка, вы шутите! При чем здесь Мефистофель? Просто вы — православный священник и вам не нравится, что люди особыми, возможно, неизвестными вам путями исследуют тайны духовного мира. А сейчас вы придираетесь к моей собаке. Вы, наверное, так перепугались, когда она вас чуть не укусила, что готовы нам рассказывать про чертей, про ад и сковородки. И Мефистофелем еще пугаете!
   Спорить с девушкой было непросто. Но тут мне на помощь пришел Олег Александрович. Он подхватил визжащего пуделя под мышку и отволок его в сарай. А я, не без внутренних сомнений, занялся приготовлением к освящению. (Слава Богу, в доме не было никаких эзотерических изображений, картин и символов. А то бы пришлось, как уже случалось, долго убеждать снять их со стен).
  На освящении вместе с хозяевами присутствовали и гости. Когда обряд был закончен, все собравшиеся почувствовали; в доме что-то неуловимо изменилось. Так всегда бывает после этого священнодействия. И мы с Еленой уже менее насупленно смотрели друг на друга. В завершение все громко, хотя и нестройно, пропели Олегу Александровичу и его семейству «Многая лета».
Один из энергетиков, живших по соседству, попросил меня освятить и его дом. Я конечно же не отказал, а Олег Александрович предупредил только, чтобы мы поторопились: пора было садиться за праздничный стол.
   Выйдя в сад, я встретил запоздавшего на новоселье гостя. Водитель с трудом нес за ним какой- то огромный подарок, завернутый в белую простыню.
Минут за сорок управившись с еще одним освящением, я вернулся к Олегу Александровичу в предвкушении обеда. Но, войдя в гостиную, застал странную картину: гости, испуганные и бледные, стояли молча. А на Никитиных — Олеге Александровиче, Галине Дмитриевне и Лене — просто лица не было.
   Первая мысль, которая пришла мне в голову: от свечей, зажженных на освящении, что-то вспыхнуло, случился небольшой пожар. Я в тревоге оглянулся, ища следы огня, и вдруг в углу комнаты увидел... Мефистофеля! Да, да, это был самый настоящий Мефистофель — искусная скульптура из черного чугуна в половину человеческого роста. Мефистофель был изображен в виде испанского гранда, при шпаге и с тонкой глумливой ухмылкой на устах. Рядом со скульптурой сидел черный пудель. Он самозабвенно терся боком о холодный чугун. У меня даже мурашки побежали по телу.
—Что это?! — с ужасом прошептал я, вспоминая недавний разговор.
Судя по выражению лиц присутствующих, они тоже не забыли тему нашей беседы.
Оказалось, что запоздалый гость, встретившийся мне по дороге, — а им оказался Леонид Владимирович Макаревич, руководитель громадного московского «Электрозавода», — привез в подарок на новоселье эту дорогую скульптуру знаменитого каслинского литья. Ее-то, завернутую в простыню, и нес за ним в дом водитель.
   Когда Леонид Владимирович торжественно сдернул покрывало со своего замечательного подарка, гости просто остолбенели. Их изумление и ужас только усилились, когда черный пудель, к тому времени уже выпущенный из своего заточения, вдруг подошел к скульптуре, обнюхал ее и уселся рядом. Да еще стал ласково тереться боком о чугун, словно кошка. Такую картину я и застал, когда вошел в гостиную. Только Макаревич в полном недоумении в который раз спрашивал:
— Слушайте, да объясните же наконец, что происходит?
Все вместе, дополняя друг друга, мы поведали изумленному Леониду Владимировичу эту странную историю. Сначала он заподозрил, что его разыгрывают, но в конце концов должен был нам поверить — уж слишком взволнованны и искренни мы были. Да и поведение пуделя выглядело совершенно поразительно.
Олег Александрович и вся его семья, извинившись перед Леонидом Владимировичем, обратились ко мне с просьбой забрать эту скульптуру и увезти ее куда угодно.
Макаревич пытался слабо протестовать:
— Но послушайте, товарищи! Это же просто совпадение!
—Да-да, конечно, совпадение! — горячо согласился с ним Олег Александрович и, повернувшись ко мне, снова попросил: — Отец Тихон, очень вас прошу, заберите ее отсюда сейчас же.
Макаревич только руками развел.
Мы уложили скульптуру в багажник моей машины. У всех сразу улучшилось настроение, и мы уселись за обед.
  Возвращаясь домой, я как-то совершенно забыл о скульптуре и еще пару дней возил ее по всей Москве. Наконец я вспомнил, что за предмет находится у меня в багажнике, и мы с моим другом, отцом Анастасием, поздним вечером отвезли чугунного Мефистофеля к набережной Яузы и утопили в реке.
  Нелепая, конечно, история. И какое-то совсем уж странное совпадение. Но только после этого случая Елена оставила свои увлечения эзотерикой. А Олег Александрович Никитин решил ходить в храм. Хотя и делал он это по какому-то своему, ему одному ведомому календарю и упрямо появлялся в церкви исключительно по праздникам Казанской иконы Божией Матери. Но об этом — особый рассказ впереди…
 
  Это лишь одна из зарисовок Шевкунова. Книга архимандрита изобилует фактами, интересными историями, проникновенными признаниями и откровениями. Если вы еще не знакомы с изданием, обязательно найдите его в библиотеках. 
Также отдельного внимания из этой серии заслуживают книги: «Ведро незабудок» и другие рассказы Александра Богатырева и «Райские хутора» и другие рассказы священника Ярослава Шипова. 
                            
  Истории, которые рассказывает отец Ярослав, бесхитростны и обаятельны – то исполнены печали, то мягкого юмора… Может быть, отсюда – главное очарование книги:  зоркость, ясность зрения, умение читать природу, понимать все живое, примечать главное и делиться с читателем – спокойно, интересно, без лишней дидактичности… 
 
  Православная литература не нуждается в характеристике и критике – её нужно читать, понимать и любить. Если вы готовы открыть свое сердце мудрости и теплу – откройте страницы этих книг и на долгие годы они станут вашими самыми преданными и добрыми друзьями. 
 
Источник фото:  www.soundbook.ru, www.e-reading.link, karacharovohram.prihod.ru
Прочитано 667 раз Последнее изменение Четверг, 12 Март 2015 17:29

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить